Шакалипи (sibariana) wrote,
Шакалипи
sibariana

Промутопия-3. Культурный эмбрион городка

Связка «дворец культуры – школа - парк» в центре городка
Иначе -  культурный эмбрион городка.

Рассмотрим центр Нефтяников, каковым можно считать пересечение проспекта Мира с проспектом Культуры.  Это одна из самых ранних точек застройки городка, двух-трехэтажные дома и школа №84 здесь были построены до ввода нефтезавода, то есть до 1955 года.  В центре – Дворец  культуры нефтяников. Он был закончен в начале 60-х, но его место было определено по первоначальному генплану. Проспект Культуры – широкий бульвар, практически парковая зона.  О символике объектов немного позже, сейчас важно обозначить и подчеркнуть в центре городка именно этих сооружений: дворца культуры – школы -  парка.  Принципиально важно, что помимо центрального положения объекты культуры являлись первоочередными и, как в случае со школой №84, опережали строительство жилья.

12918-2 схема 2

Это можно назвать случайностью, если бы на окраине «жилой трапеции» та же самая связка дублировалась центром микрогородка строителей.
Позволительно говорить о нескольких микрогородках в составе «жилой трапеции»: собственно нефтяников – улица Малунцева и проспект Культуры, центр городка – энергетиков по улице Энергетиков – и строителей на северо-восточной окраине городка по улице строительной. Отчасти в топонимике отразились основные группы, из которых формировалась новая общность. Символика названий также отражала реальное участие разных ведомств в строительстве городка, поскольку строительство вело не абстрактное государство, а конкретные предприятия (нефтезавод, ТЭЦ-3 и будущий трест №6). Они «осваивали» бюджетные условные средства для обеспечения жилья своим рабочим, в рамках общего генплана получали площадки для застройки и по мере поступления средств и материалов занимались строительством. Жилье в таких домах получали преимущественно рабочие одного предприятия - за исключением той доли, которая выделялась району,  и в которую заселялись бюджетники. На первоначальном этапе это выглядело как три центра застройки городка, из которых во все стороны расширялась жилая зона. От энергетиков осталась только одна улица, а вот строители и нефтяники создали свои микрогородки.
Ссылка на микрогородок строителей важна тем, что там строительство было закончено раньше, чем в остальных частях Нефтяников (надо понимать, что строительная организация при прочих равных условиях с другими предприятиями имела больше возможностей выделять ресурсы на собственную стройку). Следовательно,  в том месте отразился  самый ранний и «чистый» вариант реализации общего замысла. Действительно, жилые двухэтажки тут выглядят совсем аскетичными, лишены декора, имеют минимальную жилплощадь – но тут же горделиво возвышается дворец культуры классического сталинского ампира. Это обстоятельство может восприниматься как наиболее полное выражение соотношения личного и общественного той эпохи.
И вот в центре условного микрогородка строителей мы встречаем ту же самую связку объектов: дворец культуры строителей – окружающий его небольшой парк – школа №80, располагающаяся в сотне метров от них. Если два явления повторяются в одно и то же время в одном и том же пространстве, то можно говорить о тенденции. Хотя бы относительно городка Нефтяников. Я не рискую распространить замеченную мною закономерность на другие соцгородки того времени из-за недостаточного знания их истории.
Для меня, человека застоя, привычным было отношение к культуре как к явлению «остаточному» - достаточно вспомнить остаточный принцип финансирования культуры в позднем СССР, когда на нее выделялись средства, оставшиеся от развития промышленности, удовлетворения социально-бытовых нужд – и только потом позволялось думать о высоком и вечном. В Нефтяниках 50-х школы строились одновременно с первыми домами, а огромные в тех масштабах дворцы культуры закладывались параллельно с жилыми новостройками – с тем, чтобы появившийся квартал имел в центре нечто, далеко выходящее за удовлетворение утилитарных потребностей,
Какой же смысл вкладывался в центральное положение объектов культуры и в первоочередное их строительство? Об этом можно только гадать, и то, только в рамках предложенной мною гипотезы.
Культуре отводилась одна из первых ролей в формировании нового общества. Другая составляющая, воспитание трудового коллектива и личности в нем общественным трудом, концентрировалось в другом месте – на нефтезаводе, и как бы подразумевалось.
Исходя из современной либеральной  точки зрения в самый разгул сталинизма  в центре поселения должны доминировать присутственные места, зрительно обозначающие  всевластие бюрократии и карательных органов: здания райкома,  райотдела милиции и местного органа НКВД. Разумеется, в помпезном сталинском ампире с непременными колоннами (что позволило остроумцам вроде раннего Зиновьева обозвать советскую архитектуру колониальным стилем).
Для советских мегаполисов и районных центров обязательна центральная площадь с  неизменной статуей Ильича (в 50-е – товарища Сталина), на которую выходили фасадами обком (райком) партии, исполком и соответствующее отделение милиции.
В ранних Нефтяниках  таковые объекты отсутствуют. Можно сослаться на то, что сама стройка была ГУЛАГовской и не нуждалась в дополнительной символике:. . Однако, строили отнюдь не для зеков, и, исходя из представления о всевластии репрессивных и партийных органов, таковые должны обязательно присутствовать в центре поселения. Повторюсь – в центре  Нефтяников ничего не напоминало о присутствии тоталитарной власти.  Здание райисполкома (исполнительного комитета районного совета народных депутатов) появилось в 60-х, располагалось на почтительном удалении от общепризнанного  центра городка.  Первый райотдел милиции и народный суд Нефтяников находились на периферии жилой трапеции, на улице Магистральной.  На площади у ДК Нефтяников в подвале жилого дома находился опорный пункт ДНД – добровольной народной дружины. Деталь случайная – но многозначительная.  Обеспечение правопорядка в будущем обществе действительно могло перейти к таким добровольным гражданским объединениям.

Ситуация с планировкой городка выглядит парадоксальной, если не сказать более – антисоветской. Но если исходить из посылок социального эксперимента, то все вполне логично.
Власть в стране, вообще-то, была советской, какое бы конкретное содержание не вкладывал каждый в это понятие. Советы – орган демократический, то есть выборный. Выборы в советы всех уровней в СССР превращались в празднества, основным местом действия которых были участки для голосования.  Участки размещались в зданиях, где могли быть просторные помещения – то есть школах, клубах, дворцах культурах, солидных конторах,  имевших актовый зал. В условиях Нефтяников это были два дворца культуры,  две общеобразовательные школы с обширными фойе и спортзалами,  и, как местная экзотика – шахматный клуб на проспекте Мира. Таким образом,  здания иного назначения воспринимались как места сосредоточения власти, причем в форме, которая непосредственно касалась каждого человека – в выборах во власть представителей от народа.
Тут не лишне вспомнить излюбленное в СССР понятие «двойного назначения», то есть чего-то, с определенное функциями, которое  было запрограммировано при изменении обстоятельств  исполнять другие функции. На этом держалась вся советская мобилизационная экономика: каждое предприятие в военное время переводилось на выпуск оборонной продукции. «Двойное назначение» пронизывало всю советскую жизнь, касаясь самых незначительных деталей – например, до конца 60-х весь грузовой транспорт, который по определению подлежал мобилизации, имел только одну окраску защитного цвета.
Культурные объекты, располагавшиеся в центре Нефтяников, также имели  «двойное назначение», только не имевшее отношение к обороне.  Они играли определенную роль в советской власти, поскольку в них происходили ритуальные выборы депутатов, иначе говоря,  манифестация лояльности населения и ответное обязательство власти действовать в интересах оного. Подсознательно участки для голосования вполне воспринимались как носители функций народной демократии, в которых  абстрактная власть приобретала конкретное воплощение в виде личностей депутатов и  общественной процедуры выдвижения кандидатов. (Я вот написал «не имевшее отношение к обороне» - и засомневался. В СССР любое общественное здание имело четкое, заранее предписанное военное назначение: служить госпиталем, сборным пунктом эвакуации населения, мобилизационным пунктом. Не могу сказать наверняка, какие роли назначались зданиям в Нефтяникам, но по традиции на базе школ развертывались мобилизационные пункты). 

На протяжении всей истории СССР власть трепетно относилась к процедуре выборов народных депутатов, хотя во многом формальный характер Советов, их подчиненность теневым формам власти,  не был секретом. Подготовка выборов проводилась с большим шумом, сами выборы оформлялись как народные празднества.  Иосиф Виссарионович непременно являлся народным депутатом и ни разу за свое правление не манкировал этой формой приобщения к советской власти.
Организаторы эксперимента выдвинули немало идей, которые, правда, были воплощены не в привычную нам форму плакатов и лозунгов, а выражались другими средствами.  Одна из форм – размещение в центре городка общественных зданий культурно-просветительского характера, которые, по совместительству, играли роль представительств народной власти.
Культура вместо насилия. Шла середина 50-х…

Tags: Нефтяники
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments